Нелюбовь и голуби. За что либералы ненавидят птицу мира

Путин и голуби. Галина Сидорова – о градусе нелюбви

В Кремле не любят голубей. Во-первых, когда они сытые, их становится много и они активно загрязняют главную московскую достопримечательность. Поэтому в кремлёвской охране служит «пернатый отряд» из прирученных соколов и ястребов, чья задача гонять ворон и голубей. Во-вторых, голуби – это про любовь, чувство, в последнее время, похоже, всё реже посещающее обитателей кремлевских кабинетов, особенно в отношении строптивых сограждан. Когда жители Хабаровска, лишенные возможности легально выразить возмущение действиями Москвы, придумали, под каким предлогом выйти на улицу, голубь нежданно превратился в символ протеста, а значит, еще большего раздражения кремлевских небожителей.

За выход на улицу «покормить птицу» отныне полагаются крупные неприятности в виде задержаний, штрафов, а то и арест. У этого протеста неожиданный не только символ, но и фигура, всех объединившая: буквально выдернутый из кресла губернатора, поспешно эвакуированный под конвоем в Москву и арестованный по обвинению в организации убийств, случившихся 15 лет назад, Сергей Фургал вряд ли представлял себя в качестве вожака несистемной оппозиции. Губернатор, теперь уже бывший, отрицает свою вину. Местные жители уверены в политической подоплёке уголовного преследования популярного политика, противостоявшего Москве, победившего зарвавшихся единороссов и успевшего сделать конкретные полезные для края дела. И добиваются по крайней мере открытого суда в родном городе.

Три недели люди выходили «кормить голубей». Сначала только в Хабаровске. Десятками тысяч. С лозунгами, постепенно расширяющими повестку. Один из плакатов, который 1 августа несли под проливным дождем, подводит итог всем требованиям: «За Сергея Фургала, справедливость, честные выборы, права и свободы, независимые СМИ, сменяемость власти». Почти сразу, хоть и не так массово, за хабаровчан и «против произвола центра» начали выходить в городах, и не только на Дальнем Востоке. В Иркутске обратили на себя внимание плакаты: «Просыпайтесь, города, с нашей родиной беда» и «Я/мы уважать себя заставим!»

Власть «уважила» Хабаровск, прислав в качестве врио губернатора Михаила Дегтярёва, неместного, с впечатляющим послужным списком: в своё время отобран Владиславом Сурковым в Самаре в качестве перспективного молодого единоросса; затем отправлен на воспитание к Владимиру Жириновскому, прошел у того проверку банным веником; а дальше в Госдуму. Следующим знаком «уважения» стали хамские выпады главного кремлёвского рупора Владимира Соловьёва , обозвавшего протестующих жителей Хабаровска «пьяной поганью».

Хамство – своего рода дресс-код режима. И, наконец, город «уважил» сам врио Дегтярёв – к протестующим он не вышел, заявив, что «тут есть чем заняться, на самом деле, руководителю, чем выходить и общаться с теми, кто кричит под окнами». Впоследствии, правда, на улицу все-таки выбирался, но не во время митингов. В них, впрочем, углядел «много иногородних и иностранных граждан, которые… как появилась возможность раскачать ситуацию в Хабаровском крае, они сюда прилетели» из Москвы…»Пандемия поставила и без того еле теплящуюся общественно-политическую жизнь в стране на паузу, но, как показал июль, не убила

Собственно, ничего больше подрастерявшаяся от хабаровского напора апешечка предложить начальнику не смогла. Разве что протестующим – автозаки. Их, правда, в основном подгоняли в Москве и Питере, где на протесты выходило не так много людей, зато росгвардейцам хватать их было легко и приятно. А Хабаровск пока пустили на самотёк в надежде, что само рассосётся, со временем. Хотя хабаровчанам расслабляться вряд ли стоит. Ведь всё двадцатилетие путинского режима – это история беспредела. Толковый словарь русского языка Ожегова трактует это понятие как «крайнюю степень беззакония, беспорядка». В конце 90-х годов Владимир Путин был призван в Кремль в качестве «ястреба»: охранять нажитое ельцинской семьёй, но главное, навести порядок и «отогнать голубей». Его взлёту способствовало вторжение боевиков Шамиля Басаева и Хаттаба в Дагестан, начавшееся 7 августа 1999 года. Путин в тот момент стоял у руля ФСБ, а буквально неделю спустя был представлен стране в качестве премьер-министра и официального преемника Ельцина. С тех пор каждое существенное событие в стране, будь то теракт или президентские выборы, сопровождалось принятием законов, ужимавших демократические права и свободы граждан и открывавших дорогу к репрессиям и произволу.

Теракт в Беслане повлёк за собой отказ от выборов губернаторов и возведение путинской вертикали. За протестной волной против фальсификаций выборов 2011–2012 годов последовало репрессивное законодательство в отношении СМИ и интернета. Ожидать, что на двадцать первом году правления этот вектор вдруг изменится, что владыка захочет выстраивать уважительные отношения и прислушиваться к своим критикам, было бы странным. Тем более когда главное желание Путина сейчас – чтобы дали спокойно заниматься обустройством достойного масштабу его личности (как он его себе представляет) места в истории.

Пандемия коронавируса поставила и без того еле теплящуюся общественно-политическую жизнь в стране на паузу, но, как показал июль, не убила: достаточно было власти сделать один опрометчивый шаг с популярным губернатором. В отличие от градуса любви, измеряемой загадочными опросами, степень ненависти проявляется более явно – на улице проценты не припишешь. Похоже, лихорадочно организованной, «успешной» операцией «Обнуление» Путин сильно поднял градус нелюбви к себе любимому. Посеял сомнение в рядах своей опричнины в собственной «долговечности» и несокрушимости. Подтвердил подозрения недоброжелателей о проблемах со здоровьем. Бессмысленно гадать, как долго Путин намерен и сможет – а это две разные вещи – сидеть в кремлевском бункере. Хотя бы потому, что этого не знает он сам.

Последние события примечательны как раз тем, что проясняют: устойчивость системы – миф, который до недавнего времени удавалось поддерживать кремлевской «бригаде» как для внешнего, так и для внутреннего потребления. И если вовне всё ещё как-то уверены или хотят быть уверены в стабильности ядерной державы, то внутри страны «чёрные лебеди» начинают слетаться, что голуби вокруг Кремля. Путинская надежда, что шулерским голосованием он обеспечил себе возможность спокойно размышлять и готовиться к принятию эпохального решения о собственном будущем, не оправдывается. Голубям нравится, когда их кормят. А людям нравится их кормить.

Галина Сидорова – московский журналист

Источник — https://newrezume.org/news/2020-08-05-35746

Движение За Новый Социализм. ДЗНС. Н.Н.Платошкин. Присоединяйтесь!

13.08.2020 Кактус

Хочешь стать нашим корреспондентом?

Присоединяйся к нашей команде. Присылай свои новости сюда. Твою статью увидят все! Не стой в стороне, ощути себя частью общего! Помоги себе, стране, миру!

#НС ID5194 13 Авг 2020 Чт 12:31


Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Пролистать наверх